В большом интервью Алексей Квасов рассказал о насущных проблемах градостроительства Барнаула, их корнях и путях решения
Через каких-то 10–15 лет Барнаул может прирасти гигантскими районами около аэропорта и внутри города. Такой рывок кажется фантастикой, однако девелоперы от идеи не отказываются. Пока они решают базовые задачи. Но в этом контексте сохраняются вопросы, как новый город впишется в существующий, на какие "грабли" градостроители уже наступали в ходе "быстрой и массовой" застройки и чего из этого можно избежать. Об этом разговор с архитектором Алексеем Квасовым.
Этап превращений
— Алексей, прежде чем говорить о будущем, давайте вспомним уже состоявшиеся градостроительные победы и проблемы. Какие они?
— С начала 2000-х Барнаул сделал определенный шаг вперед — у нас появились хорошие точечные проекты (ЖК "Анастасия", "Три богатыря" и другие), улучшилось качество общественных пространств, прошла реновация парков. Далее мы стали уходить от точечной застройки в сторону обустройства целых кварталов, превращать пустыри в современные жилые образования. И это однозначная победа.
— Да, новые кварталы впечатляют. Но и там не все гладко. Например, в новостройках вечером машины занимают все пространство, включая тротуары. Почему?
— Вопрос справедливый, и я тоже задаю его себе, ведь комплексы новостроек проектируются с опорой на действующие нормы. Они учитывают, сколько машино-мест нужно для такого-то количества жилья.
Давайте порассуждаем. Начиная с 2010-х годов в городе шла застройка окраин и заселение их молодежью. Я прихожу в такие кварталы и чувствую себя там самым взрослым, а мне – 42. И этим людям – экономически активным, с детьми-детсадовцами и школьниками – необходимо добираться до мест работы, учебы. Вот они проснулись, вышли на остановку и с трудом уехали, а потом накопили тысяч 300-500 и купили хоть что-то свое. И поехали куда? В центр, который при этом сохранил образовательную и трудовую функцию.
Могло это спровоцировать концентрацию авто в одной части города, которая в рабочее время "перебирается" в другую часть города, то есть маятниковую миграцию? Думаю, отчасти да. Сработали и другие факторы, которые сподвигли людей купить автомобиль.
— И как решить этот вопрос, если ты градостроитель?
— Просто налепить стоянки сверх нормы на всех свободных участках жилой застройки — не выход. Это неминуемо приведет к ухудшению качества городской среды, потере зеленых зон и усугублению проблемы.
Решение должно быть комплексным. Как минимум — сделать общественный транспорт комфортным. Если вам будет удобно проехать на современном трамвае с кондиционером несколько остановок, зачем стоять в пробке на своей машине?
Также необходимо формировать в городе субцентры — локации с концентрацией офисов, торговых, спортивных и других общественных зданий с административными и представительскими функциями. С одной стороны, это место труда, отдыха и досуга для многих жителей близлежащих районов, с другой — локации для парковок. Днем там смогут оставлять авто работники и клиенты, вечером — жители домов по соседству. Главное, чтобы они были доступны, а не запирались шлагбаумом на ночь.
Пока таких субцентров в новых районах мало — их по пальцам можно пересчитать. И это общероссийская проблема, а не только барнаульская.
Еще важно уже сейчас думать о "больших" системных решениях. Например, у нас застраивается пригород, и целесообразно заложить "перехватывающие" парковки по пути следования из прилегающих поселков и отдаленных районов. То есть площадки, где можно оставить авто и заехать в город на общественном транспорте.
Предупрежден – вооружен
— В Барнауле уже идет процесс комплексного осмысления большой территории — Потока. Что нужно оценить в градостроительном плане, где подстелить "соломку", чтобы жить в таком месте было удобно?
Пилотный для Барнаула проект КРТ охватывает более 30 га территории Потока и сулит не только волну архитектурных перемен, но и качественный скачок в части благоустройства
— Подступаясь к таким площадкам, важно проводить не только экономический и "квадратнометрический" анализ — где сколько можно "подоткнуть" площадей. Это шанс переосмыслить значительное городское пространство, аналитически выявить его проблемы, найти новые точки роста, при этом сохранив существующие ценности места.
Такой крупной и уникальной для нашего города работе должно предшествовать системное градостроительное, морфологическое, транспортное, инфраструктурное, социологическое и экономическое исследование. И только потом — проектные решения, в которых и будет подстелена та самая "соломка". Если говорить проще — создано обдуманное градостроительное решение с учетом всех выявленных проблем.
Например, нужно обязательно продумать соразмерную и новую инженерную инфраструктуру. Посмотрите, новые кварталы в районе ул. Попова и Павловского тракта "сели" на инженерную инфраструктуру, построенную еще в советское время. Поэтому, например, происходят подтопления магистралей в период ливней: система водосброса не справляется. Я не помню, чтобы за последнее время в городе построили новый полноценный коллектор, который смог бы собрать воду с микрорайона. Это как с пробками: новые микрорайоны построили, а дороги старые.
— В этом смысле КРТ около аэропорта видится как более простой проект. Каким может стать этот новый город?
— Это очень интересный шанс создать правильный район по всем современным градостроительным стандартам. Есть большой потенциал для прогрессивной застройки: без ограничений наследия и промышленных предприятий поблизости можно сформировать гибкую среду, поэкспериментировать с плотностью, с типологией и этажностью жилья. Примеры таких районов, где все для жизни доступно в 10–15 минутах пешком, сегодня востребованы и перспективны.
Чтобы построить 2,4 млн кв. метров жилья в полях около барнаульского аэропорта, бизнесу и власти нужно решить задачу со "звездочкой". Пока решение не найдено
— За период с 2000 года в центре становится все меньше исторических зданий, а на месте частного сектора вырастает новый город. Что делается хорошо, а чего лучше не допускать?
— Исторический центр нельзя застраивать по принципу "где есть место, там и строим". Можем потерять лицо и память города. С другой стороны, город живет и развивается, и законсервировать историческую часть тоже будет неправильным решением. Мы уже говорили, что "градостроительная миграция" — негативное явление.
Центр сейчас ветшает и пустеет, в выходные буквально вымирает. Поэтому реновировать эту часть города необходимо, но с учетом исторического контекста. Важно довести этот процесс до осмысленной системы, разработать комплексный план обновления и развивать город сбалансированно.
Когда экономика рулит
— Одна из проблем градостроительства — постоянный конфликт нормативов проектирования и прибыли проекта. Что можно сделать уже сейчас?
— Важно изначально разрабатывать проекты так, чтобы сочетались и экономические интересы, и нужды жителей: социальные объекты, транспорт, парки — все надо проектировать вместе, на старте и комплексно, чтобы в будущем обеспечить устойчивость экономического развития.
Градсовет рассмотрел архитектуру трех высоток, которые собираются построить по соседству с ТРЦ "Арена" в Барнауле. Рядом с ними будут строить еще один высотный ЖК
Сейчас перед застройщиком стоит задача максимизации прибыли, а ее, в свою очередь, можно получить от более высокой плотности застройки. Но, с другой стороны, он должен создать продукт, который будет привлекателен для современного человека. Поэтому перед архитектором стоит непростая задача – разработать проект так, чтобы людям было комфортно даже при высокой плотности.
Микрорайоны с одной и той же плотностью, но с разными архитектурно-градостроительными решениями выглядят и ощущаются по-разному. В одном удобно жить — там закрытые от машин дворы, бульвары между домами, которые ведут к значимым социальным объектам, например к школе. А еще магазины, кафе, салоны на первых этажах спроектированы сразу, а не пристроены кое-как потом. В другом жить неудобно, потому что, выходя из подъезда, человек попадает в агрессивную среду, видит перед собой только дорогу и два ряда автомобилей.
Архитектор всегда вынужден искать компромиссы, иначе его профессия смысла не имеет. Да, ты можешь сказать, что будешь проектировать только пятиэтажки для людей без автомобилей, потому что ты убежден – только в таких локациях и нужно жить. Но будут ли с тобой работать застройщики? Перестроят ли люди свой образ жизни, отказавшись от личного транспорта?
— Другая крайность – поступаться опытом и принципами?
— Это исключено, когда ты не можешь перестать быть архитектором. Наш путь — искать современное градостроительное решение, которое позволяет набрать искомую плотность. Да, для этого придется убрать автомобили из дворов под землю в паркинги, добавить качественное благоустройство и зеленые зоны, потратится на привлекательную архитектуру и придерживаться принципа переменной этажности. Взамен девелопер получит проект, который сможет продать современному жителю.
— Каким вы видите идеальный "город мечты" для Барнаула через 20–30 лет?
— Для меня город мечты — это место, где хочется остаться и растить детей. Это человекоцентричный город, где от планировки улиц до организации общественных пространств все "заточено" под нужды горожан. Он экологически чистый за счет развитой зеленой инфраструктуры, чистого воздуха, рек и парков, вдумчивой защиты природных ресурсов, энергоэффективных домов и ухода от печного отопления.
Это город, где есть гармония старого и нового: исторический центр не превращен в пустующий музей, но и не утрачен. Современные здания углубляют облик города и не конкурируют с наследием прошлого. Это мобильный город: от дома до работы, парка, школы — за 10–15 минут на велосипеде, пешком или удобном транспорте. Минимум пробок и необходимости тратить свою жизнь в машине. И наконец, это город открытых возможностей: справедливый социальный доступ к образованию, культуре, современному здравоохранению и спорту.
Витражи дарят ощущение свободы
— Как вы относитесь к повсеместному использованию витражей в современной архитектуре?
— Как архитектор и, конечно, пользователь квартиры, поддерживаю разумное и уместное витражное остекление как важный элемент современной архитектуры. Прежде всего, это совершенно другое качество жизни и ощущение пространства. Большие окна дарят невероятный панорамный вид — он становится частью интерьера, а солнечный свет наполняет дом позитивной, живой энергией.
В нашем климате, где зима затяжная и порой ощущается нехватка света, дополнительное солнце — неоценимый плюс. Панорамные окна создают ощущение свободы, а современные инженерные решения позволяют минимизировать теплопотери, продуманное зонирование защищает приватность.
Витражи формируют яркий, выразительный облик зданий, придают им легкость и современность. Такие дома сразу узнаются, они становятся городской доминантой, точкой притяжения взгляда. Это инструмент для создания уникального архитектурного лица города: динамичного, светлого, в ногу со временем. Старые же дома, напротив, всегда с маленькими окнами.
Я убежден, что витражное и панорамное остекление — не мода, а шаг к новому формату современной городской среды. Главное — не просто ставить витраж ради витража, а создавать грамотные, сбалансированные проекты, учитывающие условия нашего климата и местоположения объекта. Тогда эффект будет только положительным.
Эксперты рассказали, как девелоперы адаптируют проекты под новые реалии и что сегодня мешает людям переезжать за пределы города
