Стоимость топлива стала доходить до 200 тыс. рублей за тонну – это в разы дороже, чем год назад. Аграрии опасаются за будущую уборку и призывают наказать спекулянтов
Сельхозтоваропроизводителей Алтайского края тоже настиг российский топливный кризис: из-за атак на нефтеперерабатывающие заводы стоимость горючего "взлетела" в несколько раз. Отдельные коммерческие предложения доходят до 200 тыс. рублей за тонну, рассказали "Толку" в Союзе крестьянских (фермерских) формирований. Ситуация усугубляется снижением закупочных цен на зерно и другую продукцию. По словам экспертов, если цены на дизель не стабилизируются и не прекратят накручиваться перекупщиками-спекулянтами, все может закончиться срывом уборочной кампании.
"Черные лебеди"
Среди принимаемых мер — диверсификация поставщиков, резервирование снабжения, а также закупки горючего у иностранных партнеров
Ситуация с дефицитом топлива затронула не только рядовых потребителей, но и производственную сферу. Аграрии Алтайского края стали получать коммерческие предложения от поставщиков с шестизначными суммами. Для сравнения – год назад тонна горючего стоила порядка 50,5 тыс. рублей.
"Я заказал топливо две недели назад. Во время посевной тонна стоила 58 тысяч, стала – 75 тысяч, а сейчас вообще за сотню перевалила – это как-то ненормально. Имеющегося запаса мне хватит только на пол-уборки – надо еще докупать тонн 30, и для этого нужны деньги. А где их взять, если сдаем остатки урожая, а цена на глазах падает? Лен сдавал в мае по 36 рублей [за кг], сегодня – уже по 24. Гречка была 21 рубль, стала – 17-18 рублей. Овес, соя – все падает. Как мы будем дальше страну кормить, я не понимаю", – комментирует глава КФХ из Ребрихи Сергей Медведев.
Закупочные цены на сырое молоко сейчас также снижаются – из-за традиционного сезонного фактора. И если у растениеводов есть немного времени перед стартом массовой уборки, то животноводы, начавшие заготовку кормов, "попали под раздачу" уже сейчас, говорят фермеры.
"Две недели назад мы "перехватывали" пять тонн за 101 тыс. рублей. Но мы почву зондируем – сегодня звонил ради спортивного интереса, сказали, что уже 127 тыс. в хозяйстве будет стоить. С людьми общаемся – кому-то уже и за 150, за и 187 тыс. предлагают. Помимо этого, с погодой нынче нам очень не повезло – все подгорает. Овёс, ячмень – низкорослый. Суданскую траву посадили – она ещё толком и не взошла. И, конечно, технике нужно больше "ходок" сделать, чтобы что-то собрать", – дополняет руководитель КФХ из Троицкого района Артем Мальшин.
В отдельных случаях цены доходят уже до небывалых 200 тыс. за тонну – причем такие суммы озвучиваются "неофициально", в переписках, когда потребность в топливе оказывается срочной, добавляет председатель Союза крестьянских (фермерских) формирований края Никита Кожанов. Учитывая, что порядка 50% хозяйств не располагают долговременными запасами горючего, ситуация в конечном итоге может грозить срывом осенней кампании.
ФАС постоянно проверяет цены на бензин и дизель, а правительство не планирует делать рынок нефтепродуктов более свободным
"Сельхозпроизводители ввиду высоких ключевых ставок не делают закупки заранее – как удобрений, так и топлива. К тому же никто не мог предполагать, что произойдет авария на нефтеперерабатывающем заводе, которая вызовет дефицит топлива на рынке и, соответственно, резкий скачок цен – это такой "черный лебедь" для нас. При таких ценах убирать зерновые уже будет нерентабельно – проще будет их оставить в полях, чем убирать при цене в 200 тысяч за тонну", – рассуждает глава отраслевого союза.
Роботы и спекулянты
При этом обострение топливного кризиса и спекуляции с ценами произошли не только из-за последствий атак на НПЗ, но и в том числе из-за механизма реализации топлива на рынке, продолжает собеседник.
"Единомоментно было выкуплено довольно большое количество топлива ввиду прогнозируемого дефицита. И выкупы эти происходили так называемыми роботами – когда на бирже торгуется не человек, а робот. Понятно, что скорость реакции у робота значительно выше. Из-за этого и без того сложившийся дефицит усилился", – поясняет Никита Кожанов.
Вторая стороны проблемы, по словам эксперта, заключается в том, что крупные игроки наполняют топливом преимущественно собственные розничные сети и не работают напрямую с предприятиями, в том числе с агропромышленным комплексом:
"Доставку сельхозтоваропроизводителям производят либо компании, которые занимаются перепродажей, либо те, что также выходят на торги на бирже, закупают топливо и впоследствии доставляют его потребителям. С большими компаниями, такими, как "Газпром", "Роснефть" и "Лукойл", нам работать практически невозможно – они под это не заточены. А маленькие компании не могут соперничать с теми же московскими, у которых есть роботы на биржах".
При этом биржевые котировки за месяц росли сравнительно умеренно – на 5-7%, что только усилило "аппетиты" спекулянтов, пояснял порталу "Алтайский крестьянин" один из крупных поставщиков ГСМ для аграриев, генеральный директор ГК "Алтайнефтересурс" Николай Абрамов.
Мероприятия против искусственного ажиотажа и спекуляций уже ввели в соседних регионах – Омской и Новосибирской областях
"Вся история со сдерживанием биржевых цен напоминает мне ситуацию, когда при расстройстве желудка просто закрывают дверь в туалет на замок", — образно поясняет эксперт. – Тут же возникает ценовой дисбаланс, которым пользуются федеральные трейдеры".
Николай Абрамов отмечает, что сегодня между биржевой ценой и предложениями трейдеров разница достигает 30%. А спрос на бирже превышает предложение в десятки раз. И любой посредник понимает: если он купит хотя бы один вагон топлива по биржевой цене, то перепродаст его буквально за пять минут с премией в 20–30%. Именно поэтому на рынке сформировались, по выражению эксперта, "спекулятивные цены", пишет издание.
К слову, по данным Федеральной антимонопольной службы, три крупных нефтетрейдера уже "попались" на картельном сговоре при биржевых торгах: ведомство сообщает, что они получили доход в особо крупном размере в результате регулярной перепродажи бензина и дизтоплива по завышенным ценам.
"Дробиться" и контролировать
Аграрии ожидают более решительных мер со стороны государственных структур: глава хозяйства из Троицкого района Евгений Поваров рассказал "Толку", что фермерское сообщество уже готовит ряд обращений в ФАС, правительство края и АКЗС.
"Это жажда наживы, сговор и афера, неконтролируемая никем. Ведь парадокс! Если бы на заправках говорили: "Да, ребят, у нас дефицит, подъезжайте со своими бензовозами, вставайте в живую очередь и заливайте", – тогда понятно. Но ведь топливо есть – просто кто-то, обладая крупными суммами на счетах, выкупает большие объемы на НПЗ и потом выворачивает руки конечному потребителю. Оставить крестьянина без солярки или оставить соляркой, но по 200 тысяч – это одно и то же", – эмоционально рассуждает Евгений Поваров.
"Это вопрос уже не экономики, а безопасности страны. Если у нас происходит атака враждебных нам государств в отношении завода и тут же происходит недоброжелательная акция по отношению к сельхозтоваропроизводителям со стороны перекупщиков – здесь, как говорится, и врагов не надо", – соглашается глава фермерского союза.
Чтобы избежать сбоев в поставках и непредсказуемого ценообразования в дальнейшем, топливному рынку следует отказаться от принципа "складывания яиц в одну корзину", уверен Никита Кожанов.
"Мы вчера буквально с одной из нефтяных компаний обсуждали, как обезопасить нас, фермеров, от подобных ситуаций, когда вышел из строя один завод – и все, приплыли. На диверсионную войну можно отвечать только партизанскими действиями: должен быть не один завод, от которого обеспечиваются все потребители топлива в масштабах региона, а должны быть и более мелкие. Нужно дробиться", – заключил спикер.
Напомним, ранее в правительстве региона заявили, что принимают меры для борьбы с искусственным дефицитом топлива, в том числе работают над диверсификацией поставщиков, созданием резервов и закупкой горючего у иностранных партнеров. При этом сообщалось, что экстренные службы, промышленники и сельхозпроизводители обеспечены необходимыми объемами ГСМ.
Федеральный Минсельхоз также заверил, что держит ситуацию на особом контроле.
Рынок зерна захлестнул кризис перепроизводства – урожаи и переходящие запасы растут, экспорт тормозится, и в новом сезоне крестьянам снова не стоит ждать роста закупочных цен, считают эксперты
