Репортаж из самого холодного места Сибири — национального парка "Сайлюгемский"

Редактор, Туризм, 6:04, 06.10.2021
Национальный парк "Сайлюгемский"
Национальный парк "Сайлюгемский" Фото: Дмитрий Денисов

В национальном парке "Сайлюгемский" охраняют исчезающие виды животных: самого крупного барана в мире – аргали, снежного барса и дикого кота манула

Сайлюгемский национальный парк – это край юга Сибири на границе с Монголией. Суровая земля с уникальным климатом. В районе хребта Сайлюгем бывает не более 60 теплых дней в году. Зимой температура опускается до -62 градусов. А Кош-Агачский район, где находится национальный парк, приравнен к районам Крайнего Севера.

Кого обманывают ученые, чтобы спасти краснокнижных животных и растения, как сотрудники национального парка перевоспитывают бывших браконьеров, и почему им нужна поддержка бизнеса – в репортаже "Толка".

Суровая земля

О том, что в самом холодном месте Сибири надо создать особую природоохранную территорию, ученые говорили еще в 70-х годах XX века. Здесь есть уникальные высокогорные сообщества, которых больше нет нигде в мире, и это одно из немногих мест на планете, где пока еще водятся исчезающие виды животных и растений. Например, самый крупный баран в мире – аргали, снежный барс и дикий кот манул.

Но охранять эту землю начали только в 2010-м. И то на бумаге. Настоящая работа началась в 2013-м, когда наконец-то удалось победить бюрократию.

Национальный парк "Сайлюгемский"
Национальный парк "Сайлюгемский"
Фото: Дмитрий Денисов

Задачи перед сотрудниками, которые стояли тогда, и которые есть сегодня, не изменились. Простые на словах – изучать природу, охранять и делать все, чтобы редких животных и растений стало больше – и такие сложные на деле. Ученым не хватает ресурсов, финансов и помощи от людей. Последние сильно бы упростили задачу, если хотя бы не вредили.

"Не та отрасль, где много денег"

В нацпарке работает 50 человек, говорит директор Салюгемского национального парка Денис Маликов. В визит-центре, где на шесть дней разместили журналистов и блогеров в рамках исследовательской экспедиции при поддержке фармацевтической компании "Эвалар", научные сотрудники постоянно не проживают.

Это место – для туристов и для проведения просветительских мероприятий. Сезон для посещения гостей открывается в мае и заканчивается в начале сентября, когда резко наступает зима.

Национальный парк "Сайлюгемский"
Национальный парк "Сайлюгемский"
Фото: Андрей Минаев / "Комсомольская правда"

Посетителям парка показывают уникальную природу, ландшафт и животных. Но мало кто видел, какой труд стоит за этим.

Все, кто здесь устроен – фанатики своего дела, считает замдиректор парка по экологическому просвещению Валентина Зяблицкая.

У девушки два высших образования. В "анамнезе" дипломы географа, юриста и любовь к горам, которая предопределила всю жизнь.

"Просто я болею Алтаем. Люблю горы. Я в миллионный раз фотографирую эти горы, закаты. Но каждый раз особенный. А какие здесь люди! Они честные, открытые, готовые помочь. Все наши сотрудники – фанаты. Это не то место, где можно заработать большие деньги. Люди в ущерб своим семьям все бросают, и идут в горы изучать аргали и снежного барса", – рассказала Зяблицкая.

Она объясняет: национальному парку всего 10 лет, но если прекратить работу хоть на день, все может рухнуть – настолько хрупкая природа.

"Помогают парку с мира по нитке. Недавно на электронную почту парка пришло письмо от двух пенсионерок из Москвы. Потом мы получили еще и бумажные письма. Женщины узнали о нас и написали, что денег много нет, но они хотят помочь и прислали 2 тыс. рублей.

Мы решили на них напечатать открытки с изображением снежного барса, манула и первые, конечно, отправили этим замечательным женщинам, а остальные раздаем бесплатно детям и посетителям визит–центра", – рассказала спикер.

Директор нацпарка рассказал "Толку", что участие крупных компаний в программах по сохранению природы – это огромная редкость. По его словам, тренд на социальную ответственность во имя планеты подхватили крупные мировые гиганты, но в России подобные случаи единичны.

Национальный парк "Сайлюгемский"
Национальный парк "Сайлюгемский"
Фото: Дмитрий Денисов

"В России природоохранные организации постоянно требуют помощи. Эта не та отрасль, где у работников много сил, средств и финансов", – говорит Маликов.

Сегодня нацпарку помогает российская фармацевтическая компания "Эвалар". Крупнейший производитель биологически активных добавок в стране спонсирует два крупных проекта по сохранению краснокнижных растений и животных. Еще один проект – создание экологической тропы на территории нацпарка – тоже в ближайших планах.

"Более 5 лет мы готовились к проведению этих работ, и благодаря помощи компании "Эвалар" это стало возможным. Насколько нам известно, в компании накоплен большой опыт в фитотерапии и культивировании редких растений, именно поэтому мы заинтересованы в совместном сотрудничестве в части реализации проектов, сохраняющих уникальный растительный мир Алтая", – рассказал директор нацпарка.

Национальный парк "Сайлюгемский"
Национальный парк "Сайлюгемский"
Фото: Дмитрий Денисов

Как хитрят ученые

Одна из задач, которые стоят перед парком и бизнесом – сохранить теперь уже редкое растение, занесенную в Красную Книгу России – родиолу розовую, которую в народе называют "золотым корнем". Также ученые надеются изучить состояние эндемика родиолы четырехнадрезной (в народе носит название "красная щетка").

Кандидат биологических наук, доцент Горно-Алтайского Государственного университета Александр Манеев рассказал, что эти виды растений широко используются в народной медицине и нещадно уничтожаются человеком: местным населением и туристами.

Слава о целебных свойствах растения плюс "пиар" родиолы от ученых сделали свое дело. Люди приезжают и выкапывают ее с корнем чуть ли не в промышленных масштабах.

Национальный парк "Сайлюгемский"
Национальный парк "Сайлюгемский"
Фото: Андрей Минаев / "Комсомольская правда"

"Ученые сами в этом виноваты, когда сделали рекламу растению, выпустив Красную книгу Республики Алтай. Я, как главный автор и редактор последнего республиканского и издания, немного хитрил. На карте точно обозначено местонахождение этих видов. А я "чуть-чуть" их "сжигал" на карте. "Чуть-чуть" – это 50 км. По моей карте обнаружить это растение дилетанту практически невозможно. Но есть хорошие фото и рисунки, и по ним эти растения узнаваемы даже для начинающего "черного копателя", – рассказал Манеев "Толку".

Сейчас благодаря поддержке "Эвалара" ученые смогут посчитать, сколько родиолы осталось на территории национального парка и, возможно, на прилегающих территориях.

Манеев говорит: еще лет 15-20 назад запасы "золотого корня" были в разы больше. При этом сказать, сколько было, а сколько осталось, ученые не могут – работы по подсчету не велись после 80-х годов из-за нехватки денег.

"Я рад, что подсчет возобновляют. Надеюсь, что будет достойное финансирование таких работ для восстановление природных ресурсов. Популяция сокращается", – говорит Манеев.

Фактически ученым предстоит чуть ли не вручную посчитать каждое растение. Определить места обитания родиолы, понять состояние ореола, разобраться, насколько сильно она уничтожена человеком. Работа кропотливая, долгая, физически трудная, но необходимая.

Манеев шутит, что только несведущий человек может сказать, что ботаник – это тщедушный хлюпик.

"Нет ни одного сибирского ботаника без физической силы. Все люди крепкие, таскают на себе оборудование и рюкзаки, бегают по горам", – говорит ученый.

Он пообещал, что в этот раз ученые хитрить не будут. Поскольку картографический материал используется только в научных целях, то места, где обитают растения на территории нацпарка и запасы сырья укажут правильно.

Уже после полевых работ сотрудники нацпарка смогут решить, что делать с растением: спасать или охранять.

"Определить запасы – это первое, с чего начинается изучение и сохранение. Посмотрим, сколько ее осталось, и скажем, что все, ребят, родиола розовая исчезает. Еще 10 лет и ее совсем не будет, слишком все разрушено. Или скажем, что в нацпарке все замечательно и достаточно только охраны", – объясняет директор парка Денис Маликов.

Работа по подсчету начнется уже в 2022 году, объяснил спикер. Сейчас, когда в горах уже лежит снег, найти растения просто невозможно, но, несмотря на это, уже сейчас ведутся подготовительные работы

"Близкие к уязвимым"

На территории нацпарка живет самый крупный баран на планете – аргали. В Списке угрожаемых видов Международного союза охраны природы ему присвоен статус "вид, близкий к уязвимому положению".

В уязвимости священного для алтайцев животного виноват человек. Краснокнижный зверь – желанный трофей для браконьеров.

Национальный парк "Сайлюгемский"
Национальный парк "Сайлюгемский"
Фото: Андрей Минаев / "Комсомольская правда"

Когда в 2014 году сотрудники национального парка провели первые учеты аргали, то насчитали всего 450 особей. Сегодня их около 5 тысяч в мире, из них 1,5 тысячи водятся на Сайлюгеме. За семь лет поголовье выросло более, чем в три раза. А "всего лишь" запретили охоту и начали охранять животных.

Данные о численности аргали точные. Подсчетами и изучением ученые занимаются круглый год. Например, в конце октября стартует учет редкого барана. Ученым придется обходить горы, высматривать аргали, фотографировать и считать "визуальным методом", объясняет Зяблицкая.

Одновременно с алтайскими экспертами святых баранов начнут считать коллеги из Монголии – это необходимо, чтобы получить максимально релевантные цифры.

"Аргали мигрируют, уходят за границы парка в Монголию. И чтобы наблюдения были максимально точными, обе стороны начинают работу одновременно. Потом данными обмениваются, и получают максимально достоверную информацию", – рассказывает замдиректора.

Национальный парк "Сайлюгемский"
Национальный парк "Сайлюгемский"
Фото: Андрей Минаев / "Комсомольская правда"

Почти все российские аргали обитают в нацпарке или прилегающих территориях. Увидеть стадо краснокнижных животных несложно. Самых редких баранов планеты видели и участники исследовательской экспедиции.

Чтобы популяция росла, необходим отдельный проект – изучить емкость пастбищ. Статус национального парка, в отличие от заповедника, отличается более лояльным режимом. Поэтому местным жителям сразу объясняли, что все перемены – во имя сохранения природы, и никто не станет ограничивать их возможности пасти здесь домашних животных.

Национальный парк "Сайлюгемский"
Национальный парк "Сайлюгемский"
Фото: Андрей Минаев / "Комсомольская правда"

Однако конкуренция аргали с домашним скотом за еду может привести к проблеме.

"Домашний скот и аргали пасутся на одних и тех же участках. Надо понять, насколько сильная конкуренция, сколько пастбища вместят домашних животных, сколько – аргали. И одна из наших совместных задач с "Эвалар" – провести исследования и понять, сколько того или иного вида домашнего скота мы можем содержать на каждом конкретном участке, а где лучше бы вообще не пастись домашнему скоту и отдать его только аргали. Это можно сказать только после комплексной оценки пастбищ", – объясняет Маликов.

Эти исследования также масштабны и трудозатраты, поясняет эксперт, и займут точно пару лет. Далее их предстоит оформить в виде программ и рекомендаций, которые предстоит внедрить.

"Этот год уже выпадает, в следующем году только смотрим, делаем полевые выезды, и минимум через еще год только будет какая-то программа. Дальше ее будут внедрять и на это тоже уйдет время. Все будет зависеть от понимания в правительственных кругах", – поясняет Маликов.

Самая редкая кошка в мире

Убивать аргали можно только снежному барсу. Для самой редкой в мире кошки священный баран – кормовая база. Чем больше будет корма, тем лучше для ирбиса, объясняют сотрудники.

Снежный барс – не только самая редкая, но и самая малоизученная кошка в мире. В России всего около 80 особей, из них половина мигрирует по территории национального парка "Сайлюгемский". Постоянно здесь проживают около 20 ирбисов.

Данные о них собирают по фотоловушкам. Барса идентифицируют по фото с камер: у каждой кошки свой рисунок на шерсти, по которому ученые понимают, "знакомый" ли зверь, или "попался" кто-то неизвестный.

Камеры устанавливают в местах обитания зверя – чтобы их определить, научные сотрудники изучают территорию парка, площадь которого 118 тыс. га. И ищут следы редкого хищника.

На огромной территории установлено более 100 фотоловушек. К некоторым из них удается попасть только раз в год, потому что камеры ставят в труднодоступных для человека местах.

Увидеть ирбиса на фото или видео с ловушек – большая удача, говорят работники нацпарка. Вживую высокогорную кошку видели единицы сотрудников.

Национальный парк "Сайлюгемский"
Национальный парк "Сайлюгемский"
Фото: Андрей Минаев / "Комсомольская правда"

Один из них Алексей Кужелеков. Он занимается изучением снежного барса. Говорит, что специалистов в этой области не хватает по всей России. Всего несколько человек на страну.

"Данных по барсу очень мало, не только на Алтае – во всем мире. Скрытное животное, визуально практически невозможно увидеть. Когда работаешь 10 лет и ни разу его не видел, а потом он однажды промелькнул – это очень приятно", – рассказал Алексей.

Чтобы вид, который находится на грани исчезновения, не исчез окончательно, говорят ученые, необходимо заботиться о его кормовой базе – аргали. Но здесь возникает другая проблема.

"Популяция растет и аргали начинают расселяться за территорию парка в предгорья, где наши полномочия заканчиваются. Если расширить границы парка, или создать охранные зоны, то популяция краснокнижного барана продолжит расти", – говорит Кужелеков.

"Купите шкуру барса"

За границами нацпарка аргали и снежному барсу грозит самая большая опасность – человек. Для некоторых местных жителей, хорошо знающих территорию и места обитания редких животных, помочь браконьеру напасть на след зверя – легкий и приятный заработок.

За всю историю работы парка "Сайлюгемский" зафиксирован только один официальный случай убийства животных, но на прилегающих территориях это происходит куда чаще.

"Помню случай, когда нам предлагали купить шкуру снежного барса местные жители. Ловят петлями, капканами", – рассказал "Толку" Александр Манеев.

Снежный барс
Снежный барс
Фото: фото из личного архива национального парка "Сайлюгемский"

Ученый категоричен: чтобы восстановить популяцию животных и растений, надо прекратить на них охоту.

"Мой знакомый охотник жалуется, что зверя мало стало. Раньше по лицензии можно было пострелять продуктивно. А сейчас говорит, что лицензия пропадает – зверя не найти. Что делать, спрашивает? Говорю: не охотиться и популяция восстановится через 5-10 лет", – считает кандидат биологических наук.

Браконьерство практически неистребимо, говорят сотрудники "Сайлюгемского". Но в нацпарке не отчаиваются. Здесь совместно с фондом дикой природы WWF России перевоспитывают вчерашних браконьеров в защитников природы.

"Мы нашли людей, которые занимались браконьерством, которые прекрасно знают территорию и места обитания снежного барса. И заключили с ними контракт: они ставят фотоловушки там, где обитает снежный барс. За каждое фото животного с ловушки эти люди получают оплату. Если зверь попадет на камеру каждый месяц, то зарплата будет регулярно. Нет фото барса – нет оплаты", – рассказывает сотрудница.

Выгода очевидна: вчерашние браконьеры получают большую зарплату, им не надо искать рынок сбыта, снимать данные с фотоловушек. По словам Валентины Заблицкой, уже три коренных жителя – экс-браконьера – перевоспитаны в защитников животных.

Национальный парк "Сайлюгемский"
Национальный парк "Сайлюгемский"
Фото: Андрей Минаев / "Комсомольская правда"

Мнение участников экспедиции о работе нацпарка "Сайлюгемский"

Леонид Захаров, заместитель главного редактора издания "Комсомольская правда" и член Русского географического общества:

"Я на Алтае не первый раз, но понял, что приезжать сюда можно бесконечно. Все места, где мы были, необыкновенно красивые. Здесь красиво буквально все. На Алтае работают крайне увлеченные люди, которые серьезно прониклись идеей сохранения живой природы этого удивительного края.

Я думаю, что наша поездка была организована в том числе для того, чтобы показать, как это все непросто, насколько это сложная и не всякому доступная работа. Надо быть самоотверженным и крайне увлеченным этой светлой идеей. Надо больше внимания привлекать к проблемам охраны природы, чтобы было больше помощи, в том числе финансовой – тогда все будет хорошо".

Татьяна Тазеева-Гриценко, член Русского географического общества, блогер:

"Я бывала в 59 странах. Я видела много красоты, встречала много удивительных людей. Но на Алтае свой особый колорит, и прежде всего он заключается в потрясающих людях и невероятной природе.

Что касается Сайлюгемского национального парка, то меня почти до слез поражает то, что делают его сотрудники. Они пытаются сохранить природу для нас всех. И потрясающе, когда люди из большого бизнеса понимают, что не покупка нового самолета принесет им удовлетворение, а что они будут испытывать настоящую радость от того, что их дети смогут, например, увидеть природу, которую в том числе их родители помогли сохранить".

Ирина Белоусова, travel-блогер:

"На Алтае меня удивило разнообразие природы, ее величие и красота. Здесь в горах происходит невероятная перезагрузка. Больше нигде в мире я не ощущала того, что природа может напитывать и давать силы.

От работы сотрудников национального парка у меня все внутри перевернулось на 180 градусов. Сейчас мне хочется достучаться до людей, донести до них, как важно беречь то, что у нас есть".